«Там живут наши люди»: Лавров объяснил, почему Россия не бьёт по полной
Глава МИД заявил, что Москва сознательно ограничивает применение разрушительного оружия, чтобы не уничтожать территории, населённые русскими
Россия могла бы действовать жёстче, но сознательно сдерживает себя. Министр иностранных дел Сергей Лавров в интервью китайской медиагруппе объяснил, почему российские силы не применяют самые мощные средства поражения в зоне спецоперации. Причина — не техническая, не тактическая. Она человеческая.
«Президент России Владимир Путин не раз говорил, что мы не применяем те средства, которые могли бы применять, потому что не хотим наносить чрезмерный ущерб территориям, где живут по большому счету наши люди, которых пытаются подавить нацисты», — сказал Лавров.
Это заявление прозвучало на фоне продолжающихся боёв и регулярных обвинений Киева в неизбирательных обстрелах. Москва парирует: если бы ставилась задача стереть город с лица земли, средства для этого есть. Но цель — не уничтожение, а освобождение. И разница здесь принципиальная.
«Мы не применяем те средства, которые могли бы применять, потому что не хотим наносить чрезмерный ущерб территориям, где живут наши люди».
Лавров также привёл статистику: только с начала 2026 года российские войска освободили около 80 населённых пунктов. Из них 35 — в марте и апреле. Продвижение идёт, но не любой ценой. Каждый дом, каждая улица — это чьи-то судьбы. Игнорировать это нельзя, даже если противник использует мирные кварталы как прикрытие.
В том же разговоре глава МИД коснулся переговорного процесса. Он отметил, что позиция Владимира Зеленского и европейских лидеров стала жёстче. Но Москва остаётся открытой к диалогу. Главное условие — с территории Украины не должно исходить угроз для России.
После прихода Дональда Трампа к власти США активизировали попытки урегулирования. В феврале 2025 года делегации встретились в Эр-Рияде. С тех пор контакты шли с переменным успехом — то затихая, то разгораясь снова. Но потом внимание Вашингтона переключилось на Ближний Восток, и трёхсторонний формат замедлился. Двусторонние каналы — США–Украина и США–Россия — работают, но прорыва нет.
Позиции сторон по-прежнему расходятся в базовых вещах. Россия требует признать территориальные реалии, вывести ВСУ из Донбасса и зафиксировать нейтральный статус Украины. Киев настаивает на надёжных гарантиях безопасности и не готов уступать территории. Тупик.
Пока дипломаты ищут выход, на земле продолжается работа. Слова Лаврова можно трактовать как сигнал: Россия не будет переходить к тотальной войне. Но это не значит, что цели СВО будут пересмотрены. Просто методы — щадящие. Хотя бы потому, что на освобождаемых территориях живут не абстрактные граждане, а «наши люди». И это не риторика, а данность, которая определяет тактику.