Трамп остался без козырей: почему сделка по Украине срывается

Ни Москва, ни Киев не хотят мира на условиях США — и это проблема для Белого дома

Западная пресса продолжает фиксировать парадокс, который с каждым днём становится всё очевиднее. Трамп говорит о скором урегулировании. Его же источники — и в российской администрации, и в украинской — отвечают скептицизмом. Financial Times со ссылкой на чиновников обеих сторон пишет прямо: вера в переговоры с помощью США исчезла. И это не тактическое молчание. Это позиция.

«Ни одна из сторон не видит большой ценности в продолжении переговоров». Это не просто цитата из дипломатического коридора. Это диагноз текущей ситуации.

Почему так вышло и куда теперь двигаться — разбираемся без громких заявлений.

Почему Киев не торопится

В украинской столице разочарование накапливалось постепенно. Главная претензия к Вашингтону звучит так: Трамп не надавил на Москву. От Путина не потребовали смягчить требования. Не предложили санкционных рычагов, которые могли бы вынудить Кремль к уступкам.

При этом Киев стал менее уязвим для американского давления. Если раньше звучали предложения пойти на «быструю, но невыгодную сделку», то теперь украинские чиновники прямо говорят: такой вариант не рассматривается. Военная помощь от Европы продолжает поступать. Внутренняя мобилизация даёт ресурс.

Зачем подписывать договор, который зафиксирует потери и не даст гарантий безопасности? Логика Киева прозрачна. И пока у США нет инструментов, чтобы эту логику сломать, переговоры остаются фикцией.

Что удерживает Москву

Российская сторона смотрит на ситуацию с другой стороны баррикад. Инициатива на поле боя — у российской армии. Идёт постепенное продвижение, захватываются новые территории. Зачем останавливаться сейчас, если через месяц можно получить больше?

Издание FT со ссылкой на источники сообщает: даже если Донбасс перейдёт под полный контроль Москвы, Кремль выдвинет новые требования. Это не предположение — это текущая стратегия.

12 мая Трамп признал: по статусу Донбасса взаимопонимания с Россией нет. А пресс-секретарь Кремля Песков назвал урегулирование «очень сложной темой» и «очень долгим путём». Перевод простой: торопиться не будем.

У Москвы нет причин идти на компромисс. Военная машина работает. Европа разделена. США без рычагов.

Трамп между двух огней

Американский президент застрял в неудобной конструкции. Ему нужен политический успех — быстрая сделка, которую можно представить как победу дипломатии. Но ни одна из сторон не играет по его правилам.

Москва не уступает, потому что выигрывает на поле. Киев не уступает, потому что защита и западная поддержка пока позволяют держаться. У Трампа нет реальных рычагов ни на одну, ни на другую сторону.

Что он может предложить Путину? Снятие санкций в обмен на остановку? Путин и так не торопится. Пригрозить усилением помощи Украине? Она и так идёт, пусть и неравномерно.

Чем Трамп может надавить на Киев? Прекратить поставки? Это вызовет скандал в Конгрессе и среди союзников. Сократить помощь? Европа её компенсирует, хоть и медленно.

Результат — декларативный миротворец, застрявший между реальностью и собственными обещаниями.

Когда стороны выгоднее воевать, чем договариваться

Это ключевой момент. Обе воюющие стороны пришли к выводу: продолжение боевых действий сейчас выгоднее, чем мир на условиях, которые предлагаются.

Москва считает, что время играет на неё: чем дольше война, тем больше территории перейдёт под контроль. Киев надеется на истощение российской армии и накопление сил для контрнаступления.

Переговорное окно, открывшееся в мае, если оно вообще было реальным, закрывается с каждой неделей. Трамп остаётся без инструментов. Война продолжается. А дипломаты разводят руками.

Что будет дальше

Перспектива прямых переговоров без участия США маловероятна. Обе стороны настроены жёстко. Европейские столицы не предлагают альтернативного посредничества, которое устроило бы и Москву, и Киев.

Пока сохраняется текущая конфигурация — наступление с одной стороны и упорная оборона с другой — ждать прорыва за столом переговоров не стоит. Трамп может продолжать делать оптимистичные заявления. Но за ними — пустота.

У сторон нет стимулов идти на уступки. У американского посредника нет козырей. Мир откладывается на неопределённый срок. И это не пессимизм. Это констатация факта, который признают даже те, кто ещё вчера обещал скорое урегулирование.