Возвращение мобилизованных остаётся без утверждённых сроков в 2026 году

Подготовка к массовому возвращению идёт, но приказа о демобилизации всё ещё нет

Ситуация с демобилизацией мобилизованных в России остаётся одной из самых напряжённых тем общественной повестки. С осени 2022 года, когда была объявлена частичная мобилизация, прошло почти четыре года. За это время сотни тысяч мужчин ушли на фронт, а их семьи ждут хоть какой-то определённости. На сегодня, по данным на июнь 2026-го, официального решения о массовом увольнении в запас нет.

Парадокс в том, что государство уже активно строит инфраструктуру для возвращения бойцов — реабилитационные центры, программы соцподдержки, льготы. С 2025 года ветераны СВО могут получать санаторно-курортное лечение за счёт Соцфонда. К середине 2026 года через эти центры прошли больше семи тысяч человек, а принято свыше двенадцати тысяч заявлений. Но при этом законодательного механизма, который бы позволил мобилизованным просто взять и уволиться, так и не появилось.

Юридическая ловушка, в которой застрял вопрос

Корень проблемы — в правовой неопределённости. Указ президента от 21 сентября 2022 года о частичной мобилизации продолжает действовать. Ни он, ни закон «О мобилизационной подготовке» (№31-ФЗ) не содержат ни слова о сроках службы призванных из запаса. Служба мобилизованного юридически ничем не ограничена — ни минимальным, ни максимальным периодом.

У контрактников хотя бы есть формальные договоры с датами, пусть и продлеваемые в условиях СВО. А мобилизованный оказывается привязан к самому факту проведения спецоперации. Когда она закончится — тогда и домой. Пока никаких сигналов о скором завершении операции нет, официальная позиция остаётся жёсткой: только по окончании СВО.

Что говорят официальные лица и почему ротация — это не демобилизация

Министерство обороны неизменно повторяет: военнослужащие вернутся, когда будет выполнена боевая задача. Глава думского комитета по обороне Андрей Картаполов неоднократно подчёркивал, что массовая демобилизация законом не предусмотрена, а ротация — плановая замена подразделений — это другое.

Ротация действительно работает. По словам президента, ежемесячно на контракт приходят 50–60 тысяч добровольцев, что, по официальной оценке, покрывает потребности СВО. Бойцам предоставляют отпуска — раз в полгода не меньше двух недель. Но для миллионов семей это не ответ на главный вопрос.

Важный нюанс: многие мобилизованные за эти годы сами подписали контракты с Минобороны и перешли в разряд профессионалов. Для них демобилизация решается уже по другим законам.

Законодательные инициативы: разговоры есть, документа нет

Государственная Дума периодически возвращается к теме. Депутаты от разных фракций предлагали законопроекты — от фиксированных сроков ротации до поэтапного увольнения. Обсуждалась возможность досрочного увольнения для тех, кто добровольно прослужил в зоне СВО не меньше полугода. Уполномоченный по правам человека Татьяна Москалькова тоже указывала на отсутствие чётких процедур.

Однако к середине 2026 года все эти инициативы так и остались на уровне обсуждений. Политологи допускают, что вторая половина года может принести конкретные законопроекты. Но это лишь прогноз.

Что касается слухов о новой волне мобилизации — их в Госдуме опровергают. Картаполов в январе 2026 года прямо заявил: предпосылок для нового призыва нет.

Индивидуальные основания для увольнения — что работает

При отсутствии массового решения уйти можно только лично. Самые частые причины: признание военно-врачебной комиссией негодным к службе (по состоянию здоровья), достижение предельного возраста, вступление в силу приговора суда. Теоретически возможны организационно-штатные мероприятия, но на практике это редкость.

Юристы советуют: если срок службы превысил год-полтора, стоит подать рапорт о ротации с точной датой начала службы. Это не гарантирует успеха, но шанс выше, чем просто ждать. Главное — не путать нормы для контрактников и мобилизованных, их правовой статус принципиально различен.

Голоса тех, кто ждёт

Движение «Путь домой», объединяющее жён и матерей мобилизованных, продолжает писать петиции и вести телеграм-каналы. Лозунги те же: «Верните мужей», «Ротация — сейчас». В комментариях на форумах — одни и те же истории. «Четвёртый год без мужа, дети отца видят только на фотографиях», «Третий год без семьи, конца не видно». Официальная реакция — понимание, но никаких конкретных дат.

Пока сотни тысяч российских семей продолжают жить ожиданием. И главное слово для них — не «закон», не «ротация», а просто «домой».