Южнокорейские порты отправили на Дальний Восток 176 тысяч тонн дизеля за два месяца

Ниигата в документах, Владивосток по факту: как танкеры обходили санкционные списки

Семь судов. Четырнадцать рейсов. Больше 176 тысяч тонн топлива, которое ушло из южнокорейских портов на российский Дальний Восток в июле и августе. Такие цифры приводит The Guardian, изучив портовые записи и данные сервисов отслеживания судов.

Три танкера из семи — Layla, Astoria и Chongchon — числятся в санкционных списках Великобритании, Евросоюза и Австралии. Это не помешало им загрузиться в Ульсане и Йосу. Южнокорейское законодательство такие поставки не нарушает: ограничения Сеула против Москвы касаются промышленного оборудования, электроники и автомобилей, но не топлива.

Кто именно продавал дизель и кому он принадлежит, из документов не следует. В портовых записях этих данных просто нет.

Куда шли танкеры на бумаге и куда приходили на деле

Самый крупный груз — 57 тысяч тонн дизеля — доставил во Владивосток танкер Layla, он же Innovator. Два рейса: один девятнадцатого июля, второй десятого августа. Оба раза загрузка шла в Ульсане. Во второй ходке судно указало пунктом назначения японскую Ниигату. Пришло во Владивосток.

Похожая история с Astoria, шедшим под российским флагом. Первого августа в Ульсане он взял на борт около 11 тысяч тонн топлива. В документах снова значился японский порт. Фактически груз снова оказался во Владивостоке.

Третий танкер, Chongchon, в начале августа получил примерно 26 тысяч тонн топлива на рейде у Йосу. Перегруз шёл с борта Celeste I. Пунктом назначения заявлялся Сингапур. The Guardian настаивает: судно пришло во Владивосток.

Южнокорейский МИД перевозки комментировать не стал. Ведомство ограничилось заявлением, что страна участвует в усилиях по прекращению войны. Больше никаких пояснений от официального Сеула не последовало.

Общий морской импорт нефтепродуктов в Россию резко вырос. По данным компании Kpler, которые изучили эксперты Центра исследований энергетики, в августе в страну завезли 368 тысяч тонн. В июле показатель был в семь с лишним раз меньше. На Южную Корею приходится 112 тысяч тонн — 31 процент от всего объёма. Больше только у Индии.

Рост импорта совпал со второй волной топливного кризиса внутри России, о которой писали в середине августа. Тогда на заправках ряда регионов начали ограничивать продажу бензина, а цены на бирже пошли вверх.

The Guardian подчёркивает: речь идёт не о разовых поставках, а о системе. Четырнадцать рейсов за два месяца — это регулярный маршрут, а не случайный эпизод.