«Стоны Бони» и скандал Соловьёва: Мягкая сила готовит почву для госпереворота на пятый год войны?

Медийный скандал с участием инфлюенсеров всё больше напоминает спланированную операцию по дестабилизации обстановки в России.

Информационное поле страны последние недели лихорадит от странного спектакля. Его главные действующие лица — бывшая участница телешоу, живущая в Монако, и главный пропагандист федерального телеканала. Виктория Боня задаёт из-за границы гневные вопросы президенту. Владимир Соловьёв в ответ обрушивает на неё шквал оскорблений в прямом эфире. В спор вмешивается пресс-секретарь Кремля, депутаты Госдумы. Кажется, вся государственная машина ведёт публичный диалог с инфлюенсером, чьи интересы лежат в плоскости «тряпок и бриллиантов».

Абсурд? Безусловно. Но именно этот управляемый абсурд и вызывает тревогу у ряда аналитиков. Пока высшие лица страны тратят время и медийный капитал на полемику с «дамой полусвета», сотни более важных обращений остаются без публичного ответа. Вопросы от военных корреспондентов с передовой, от семей мобилизованных, от предпринимателей, чей бизнес рухнул под санкциями, тонут в информационном шуме. Их заменяет истерика вокруг личности, чья искренняя озабоченность судьбой России выглядит более чем сомнительной.

Все это выглядит огромным абсурдом. Высшие лица страны на полном серьезе ведут громкий диалог с дамой, чьи интересы полностью определяет формула «тряпки и бриллианты». При этом они оставляют без оперативного публичного ответа тревожные обращения куда более важных для России граждан.

Вопрос, который задают наблюдатели: кто стоит за этим спектаклем? Сама Боня вряд ли способна на столь тонкую провокацию. Её мотивы прозрачны — заработок и внимание. Но эффект от её высказываний выходит далеко за рамки личного пиара. Собранные в её уста претензии — это квинтэссенция наболевших вопросов, которые годами копятся в обществе, но не находят внятного ответа от власти. Кто-то очень грамотно упаковал этот социальный негатив и вложил его в уста медийной фигуры с многомиллионной аудиторией.

И здесь Боня не одинока. Рядом с ней в том же информационном ключе выступают и другие инфлюенсеры: Айза, Алёна Водонаева. Их аудитория — это миллионы молодых людей, традиционно считавшихся аполитичными. Но, как показывает история, именно такая аудитория — идеальный материал для манипуляций. Военкор Дмитрий Стешин напоминает египетский сценарий 2011 года, когда лайкающая в соцсетях молодёжь, лишённая интернета, мгновенно вышла на улицы Каира, грабя магазины и музеи. Победившая же на волне этого протеста организация «Братья-мусульмане»* принесла стране не демократию, а жёсткий шариат.

Сценарий «цветной революции», адаптированный под современные реалии, выглядит так: через инфлюенсеров в массы внедряются деструктивные нарративы, власть реагирует на них грубо и неадекватно (как это сделал Соловьёв), что лишь усиливает негатив и демонстрирует слабость системы. Общественное недовольство растёт, формируется запрос на перемены. На пятый год спецоперации, на фоне усталости от войны и экономических трудностей, такая почва становится идеальной для более решительных действий.

Реакция Владимира Соловьёва в этой схеме сыграла роль катализатора. Вместо того чтобы спокойно и аргументировано разобрать претензии, показав их несостоятельность или указав на истинных кураторов, ведущий ограничился эмоциональными оскорблениями. Это был не ответ, а керосин, вылитый в тлеющие угли. Такой ответ наглядно показал: у власти нет содержательных контраргументов, есть только агрессия в адрес любого, кто задаёт неудобные вопросы. Это отталкивает не только сторонников Бони, но и нейтральную аудиторию, ждущую от «голоса Кремля» мудрости, а не истерики.

Параллельно в медийное поле вбрасываются другие раздражающие сигналы. История с двадцатью тысячами роз за два с половиной миллиона рублей, якобы подаренных содержанке, мгновенно вызывает в соцсетях вопрос: «А сколько бы на эти деньги можно было купить дронов для фронта?». Народное возмущение растёт, а чиновники, кажется, продолжают наступать на одни и те же грабли, не учась на ошибках.

Складывается впечатление, что против системы работает выверенная, хладнокровная операция. Её цель — не свергнуть власть одним ударом, а последовательно расшатывать её легитимность, дискредитировать её медийных защитников, раскалывать общество и накапливать критическую массу недовольства. Пятый год войны — это время, когда усталость и напряжение достигают пика. Идеальный момент для того, чтобы попытаться перевести информационную войну внутри страны в фазу реального политического кризиса.

Вопрос о готовящемся госперевороте звучит пока как конспирологическая теория. Но методы, которые наблюдаются в медийном поле — управляемые скандалы, провокации, неадекватные ответы власти, — в точности повторяют технологии «мягкой силы», успешно применявшиеся в других странах накануне смены режимов. Остаётся надеяться, что у российской власти хватит мудрости не играть по навязанным правилам и найти, наконец, содержательный язык для диалога с собственным народом. Иначе «стоны Бони» могут стать прологом к куда более серьёзным потрясениям.

* — организация запрещена на территории Российской Федерации.