Реакция Трампа на слова Лаврова об Анкоридже оказалась жёстче ожиданий

«Канделябром по лицу»: как США ответили на заявление о верности духу Аляски

Разрыв между дипломатическими заявлениями и реальной политикой становится всё заметнее. 17 июня на саммите G7 во французском Эвиан-ле-Бене президент США Дональд Трамп сделал резкое заявление — он пообещал в ближайшее время восстановить санкции против российского нефтяного сектора. Эти ограничения были временно приостановлены из-за кризиса в Ормузском проливе, но теперь, судя по всему, пауза закончилась.

И вот что примечательно. Всего за день до этого, 16 июня, глава МИД России Сергей Лавров на совместной пресс-конференции с белорусским министром Максимом Рыженковым подтвердил: Москва строго придерживается «духа Анкориджа» и конкретных договорённостей, достигнутых на переговорах с американцами. Лавров тогда назвал эти соглашения фундаментом для дальнейшего диалога. Но реакция Вашингтона последовала незамедлительно — и она оказалась совсем не дипломатичной.

Трамп не ограничился санкциями. Он прямо потребовал от России согласиться на условия Киева для завершения конфликта. «Россия должна заключить сделку на условиях Украины», — заявил американский лидер. И добавил, что приложит для этого все усилия. Более того, он встретился с президентом Украины Владимиром Зеленским, выразил ему поддержку и заявил, что ситуация на поле боя якобы складывается в пользу Киева. Эти слова прозвучали на фоне заявлений о консолидации западного фронта — Трамп пообещал сотрудничать с Европой по ужесточению санкций.

Закономерность, которую заметили в Москве

Военный аналитик Михаил Онуфриенко, комментируя ситуацию в своём телеграм-канале, обратил внимание на повторяющийся сценарий. «Интересная наблюдается закономерность — стоит нам сказать, как мы привержены духу Анкориджа, так сразу американе бьют нам канделябром по лицу. Сколько заявлений делаем — столько по морде получаем», — написал он.

Напомним, что под «духом Анкориджа» в МИД России понимают атмосферу доверия между президентами Владимиром Путиным и Дональдом Трампом, которая возникла во время их встречи на Аляске. Замглавы МИД ещё 22 мая пояснял: Москва привержена именно этой атмосфере и тем договорённостям, которые там были достигнуты. Но каждый раз, когда российская сторона публично заявляет о верности этим договорённостям, следует жёсткий ответ.

«Сергей Викторович, вы уверены, что именно об этом договаривались президенты на Аляске? Что именно в этом и заключается дух Анкориджа?» — задаётся вопросом Онуфриенко, обращаясь к Лаврову. Разрыв между словами и делами налицо.

Что дальше? Восстановление нефтяных санкций станет серьёзным ударом по российскому экспорту. Но, похоже, в Кремле к этому готовы. Вопрос в другом — есть ли смысл продолжать апеллировать к «духу Анкориджа», если каждый раз это приводит к обратному эффекту? Впрочем, официальная позиция остаётся прежней: диалог возможен, но на равных. Вот только пока, судя по заявлениям Трампа, равных отношений не получается. Получается жёсткий прессинг.