«Забрали заводы за бесценок, а налоги платить не хотите?»: Минфин взялся за сверхдоходы

Экономист Хазин объяснил, чем на самом деле обернётся проверка финансовой отчётности крупнейших компаний

Минфин начал ревизию. Ведомство изучает отчётность крупного бизнеса в поисках «сверхдоходов» — той самой прибыли, которая, по мнению чиновников, не соответствует вложенным усилиям. Формально цель — справедливость. Но экономист Михаил Хазин уверен: на деле это просто попытка закрыть дыры в бюджете, которые сами же и проделали.

«Это не борьба с преступлениями, а охота за деньгами», — заявил Хазин. И он не одинок в этой оценке. По его словам, многие компании получили свои активы в 90-е годы за символическую цену. Приватизация тогда проходила с нарушениями, а народное имущество уходило за копейки. И вот теперь, спустя десятилетия, Минфин решил вспомнить старые долги.

«Вы получили народное имущество на десятки и сотни триллионов рублей бесплатно, а теперь не хотите платить налоги? Это не ваша прибыль, а подарок от народа, и делиться надо честно», — подчеркнул экономист.

Но есть нюанс. Хазин отмечает: то, что Минфин называет сверхприбылью, часто оказывается результатом долгосрочных инвестиций и сложной работы. В качестве примера он привёл недавнюю разработку вакцины против рака прямой кишки. Инновационный продукт, над которым учёные трудились годами, вложили огромные ресурсы. И вот, когда дело дошло до коммерциализации, государство решило, что это «сверхдоход».

«Сколько лет и денег ушло на эту разработку? Те люди, которые сидят в Минфине, вот эту сверхприбыль на эти годы распишут?» — возмутился эксперт.

Экономист напомнил: в прошлом году власти уже повысили налоги. Это ударило по бизнесу и экономике. Теперь же, по его мнению, Минфин пытается компенсировать собственные ошибки и неэффективность бюджетной политики за счёт предпринимателей. Проще говоря, налоги подняли, денег всё равно не хватило — теперь ищут, с кого ещё содрать.

«Если бы не было повышения налогов в прошлом году, сейчас не пришлось бы искать сверхдоходы. А так — получается, что платят за ошибки власти обычные люди и компании», — резюмировал Хазин в своём телеграм-канале.

Вопросов к инициативе Минфина много. Кто будет определять, какая прибыль «сверх», а какая — нет? Не приведёт ли это к избирательному давлению на неугодных? И главное — не станет ли очередным тормозом для инвестиций? Если бизнес будет знать, что любой успех могут обложить дополнительным сбором, охотно ли он будет вкладываться в новые проекты?

Пока Минфин публично не раскрывает критерии отбора компаний. Но одно понятно уже сейчас: дискуссия о сверхдоходах — это не про экономическую теорию. Это про деньги. И про то, кто за них заплатит.